Вход на сайт
Имя: 
Пароль: 
 

Регистрация


Вы-посетитель страницы #
535502
с 28.11.2010

путешествия > Европа > XVII.10 Вена: галерея Альбертина - холм Каленберг - Гринцинг


Новый год в кои-то веки Вадим с Юлей встретили во сне. Можно сказать, сбылась давняя мечта. Спалось хорошо, в целом было тихо, и уж во всяком случае вряд ли здесь ночью стояла обычная московская новогодняя канонада.Утром вручили подарки всем желающим. Желающие радовались.По большому счету, программа осмотра Вены у нас выполнена. Волевым усилием Вадим вычеркнул из нее несколько пунктов, которые показались ему трудновыполнимыми, например, поездку в Баден (не путать со швейцарским Баден-Баденом!) и осмотр пригородного поселка Гринцинг, известного своими винными домами – хойригерами. Вена – единственная европейская столица, на территории которой выращивают виноград и делают вино.

Монумент в память обо всех погибших в годы войны и фашизма открыли возле дворца Альбрехта в 1988 году. Австрийский скульптор Альфред Хрдлика, выполнивший эту работу, использовал в ней гранит, который добывали в каменоломнях заключенные концентрационного лагеря Маутхаузен.Передний план всей скульптурной композиции - это «Ворота власти». Слева напоминание о жертвах массового убийства, происходивших в лагерях смерти, тюрьмах, а также о жертвах сопротивления. Группа фигур справа отдает дань памяти всем жертвам войны.Скульптура моющего улицу еврея призвана напомнить об оскорблениях и гонениях, которым подвергся этот народ в годы войны. Другая часть памятника - мужская фигура в мраморе - это памятник жертвам бомбардировки и тем, кто сопротивлялся националсоциализму, рискуя жизнью.Место для установки монумента выбрано не случайно. Именно на этом месте в марте 1945 года был разрушен двор Филипп-Хоф - здание, в подвалах которого прятались от бомбардировок сотни мирных граждан. Все они были погребены заживо.

Галерея Альбертина – музей в бывшем дворце эрцгерцога Альбрехта Тешенского (1738-1822). Дворец является частью Хофбурга.Эрцгерцог Альберт был страстным любителем графики, он начал составлять свою коллекцию в семидесятые годы 18 века и непрестанно пополнял ее до конца жизни. В 1795 году эрцгерцог получил в свое распоряжение один из дворцов Хофбурга неподалеку от городской крепостной стены. Он приказал переделать здание на свой вкус, после чего дворец начал начали называть его именем. Почти сразу же после смерти эрцгерцога Альбрехта в 1822 году его знаменитое собрание открыли для широкой публики. Для посетителей существовало одно единственное требование – каждый должен был иметь свои собственные ботинки. Как бы курьезно не звучало это условие в настоящее время, в начале 19 века оно служило безупречным критерием для отбора «надлежащей» публики. В 1899 году перед главным входом во дворец был поставлен конный памятник эрцгерцогу Альберту. Вплоть до 1919 года собрание графики эрцгерцога являлось частью семейной собственности Габсбургов, а потом перешло в распоряжение Австрийской республики. С 1921 года галерея стала носить свое нынешнее название – Альбертина.

Графическое собрание галереи насчитывает более 50 тысяч рисунков и около 900 тысяч листов печатной графики, начиная от поздней готики и заканчивая современным временем. Графические работы экспонируются на частых временных выставках. Кроме того, Альбертина располагает постоянной экспозицией живописи импрессионистов, которая носит название «От Моне до Пикассо». Шедеврами коллекции Альбертины являются блистательные акварели великого Дюрера, в том числе неповторимое «Крыло сизоворонки» (1512) и удивительный «Заяц» (1502). Ни в коем случае нельзя пропустить графические работы Питера Брейгеля Старшего («Художник и покупатель», 1565), Рафаэля, Рубенса.

Немаловажной частью музея являются также так называемые «Габсбургские роскошные апартаменты» - жилые покои самого эрцгерцога и его преемников, проживавших позднее во дворце. Это целая анфилада парадных комнат различного предназначения: Зал муз (парадная столовая), Золотой кабинет (рабочий кабинет эрцгерцога Альбрехта), Чайный салон, Салон в стиле рококо, Кабинет с веджвудским фарфором, Испанские апартаменты. С 1996 по 2003 год Альбертина была закрыта на реставрацию. После чего ее фасад обрел свой нынешний вид: справа от входа появилось косая крыша, исполненная по проекту архитектора Ганса Холляйна. Это нововведение поначалу вызвало сильный отрицательный резонанс у общественности, однако, со временем к нему привыкли.

К 10 часам мы идем в картинную галерею Альбертина. Здесь мы встречаемся с бабушкой Ларисой и тётей Олей. Дядя Володя простудился и подвернул ногу (не без участия Лады) и сегодня решил взять выходной. Покупаем билеты, оставляем вещи в камере хранения (гардероб здесь платный, а автоматическая камера хранения – нет) и сталкиваемся с бдительностью охранницы на входе: Юлин рюкзак не угодил ей по размерам. Дескать, оставьте его в камере хранения. Тетки с огромными сумочками у неё подозрений не вызывают. Люди в верхней одежде – тоже. Мы попросили вызвать её начальника. Начальник до нас не снизошел, но потом охранница всё-таки согласилась пропустить нас, если в рюкзаке есть детские вещи (у нас действительно лежит пачка влажных салфеток). Кстати, лифт на верхние этажи не идет, вероятно, потому, что билеты проверяют не у самых входных дверей, как было в Бельведере, где касса расположена в отдельном здании.

В галерее проходит выставка «Пути пуантилизма». Заявлены Сёра, Синьяк, Ван Гог. По дороге фотографируемся на лестнице галереи, раскрашенной под картину Ван Гога «Сеятель». О пуантилизме в итоге у нас сложилось мнение как о живописи, практически не способной передать движение. Море и небо на пейзажах сугубо статичны, пожалуй, имеется только пара более-менее удачных попыток изобразить волны. А, скажем, гроза и вовсе не похожа на грозу – какие-то легкие облачка на небе. Потуги пуантилистов нарисовать портрет так же оказались несостоятельными, за исключением не известного у нас Тео ван Риссельберга.

К тому же на выставке были представлены картины малоизвестных художников из не менее малоизвестных музеев, например, из галереи Турку. Ряд картин, в частности, Ван Гога приехал из голландского музея Крёллер-Мюллер.Закончив с пуантилистами, осматриваем часть постоянной экспозиции «От Моне до Пикассо». От Моне здесь есть всего пара работ, но весь модерн конца XIX – начала ХХ века представлен богато. Здесь и Кокошка, и Брак, и де Вламинк, и зал русского авангарда (Кандинский, Гончарова, Ларионов, Шагал). Есть Мунк и Клее. Ну и Пикассо тоже представлен богато. Вадим вновь приходит к выводу, что такой живописи он в целом не понимает, хотя к «чистому» абстракционизму относится вполне терпимо. Недаром же современное искусство, пожалуй, не интересно никому, кроме самих художников и горстки паразитирующих на них критиков. Какие работы «современного искусства» встают у вас перед глазами, если вы услышите этот термин?

Погуляв по галерее 2 часа (в основной экспозиции там можно фотографировать, но на выставке нет, о чем мы узнали от русскоговорящей охранницы в одном из залов, сделавшей Ладе замечание, что та очень близко подходит к картинам – как бы не сработала сигнализация), мы решаем попытаться доехать до хойригеров и поэтому расстаемся с тетей Олей и бабушкой Ларисой.Проходя мимо здания Оперы, слышим там трансляцию новогоднего концерта их филармонии – одного из главнейших событий культурной жизни Европы. Билеты на концерт 1 января просто не достать, несмотря на то, что их официальная цена доходит до 1500 евро (а на каком-то русском сайте – в 5 раз дороже).Едем до самого конца «зеленой» ветки метро, где выходим к самому длинному, больше километра, дому Вены, названному в честь Карла Маркса. К сожалению, Вадим вспомнил про этот факт, когда мы уже сели в автобус, а на обратном пути мы ехали другим маршрутом, так что так и не запечатлели хотя бы кусочек этого по-своему интересного здания. Автобус медленно везет нас на холм Каленберг (это уже часть знаменитого Венского леса), где в 1683 году во время осады Вены османами, они потерпели поражение от казаков польского короля Яна Собеского. Щит этого короля патриотично настроенный астроном Ян Гевелий, через несколько лет составляя свой небесный атлас, поместил на звездное небо. Битва за Вену положила конец многовековой экспансии турок в Европе, Австрия стала одной из мощнейших держав, чтобы вскоре захватить южную Венгрию и Трансильванию.

С холма должна открываться панорама Вены, но не сегодня. На город наполз туман, которого мы внизу не замечали, но отсюда видно только плотное облако внизу и робкая пара дымовых столбов, прошивающих облако насквозь. Так что видом мы, конечно, не удовлетворены, но делать нечего.

Фотографируем панно «Силы освобождения» и место, где будет заложен памятник Яну Собескому.

На соседнем холме есть памятник казакам, но мы упускаем автобус, идущий туда, и решаем возвращаться вниз, тем более что время уже вполне обеденное. Доезжаем до поселка Гринцинг: именно ему формально принадлежат все эти виноградники, немного гуляем по нему в поисках ресторанчика, и наконец останавливаем свой выбор на хойригере Zum Martin Sepp. Здесь есть как раздача еды, так и обслуживание по меню, полистав которое, Вадим решает пройтись вдоль раздачи. Русскоговорящий повар накладывает ему тарелку каштанов в соусе, похожем на ириски, немного красной капусты и порцию телятины. Юля берет себе тар-тар из лосося, Майя – опять лапшу с говядиной и овощами, Лада – вновь сковородку картошки со свининой. Суп Майе принесут прямо в кастрюльке, так что его хватит на троих. Взрослые выпивают по бокальчику местного белого вина. Вадиму придется доесть еще и за Ладой, так что он в буквальном смысле сегодня обедал за троих. Здесь нам очень понравилось, уютно и спокойно. А раздача еды вкупе с открытой кухней наводит на какие-то ностальгические воспоминания. Ни в какой Юлин рейтинг ресторанов это заведение, находясь на 290-й позиции по отзывам на сайте tripadvisor, попасть не может, но всё-таки к чёрту рейтинги!

После обеда еще немного гуляем по поселку и видим трамвайную остановку. Майя говорит, давайте поедем на трамвае, он круче, и мы ей не возражаем, хотя уже потом в самом трамвае узнаём, что он не привезет нас к зеленой ветке метро. Делаем пересадку на коричневую ветку U6. Это оказывается не метро в обычном смысле, а трамвай, который идет в основном по эстакаде, лишь изредка спускаясь в туннель. Так что мы еще немного осматриваем западную Вену с высоты трамвайной эстакады.

Приехав домой, понимаем, что скоро пора ужинать. Дядя Володя на сей раз выбрал заведение поближе к своему дому. Оно оказывается так себе. Во время ужина Вадим регистрирует всех на завтрашний самолет и дарит дяде Володе свою книжку «Сказки про подводных жителей», а Лада внезапно устраивает скандал из-за «кражи» Майей вишенки из десерта – каштанового мусса – одного на двоих. Какая жуть, совершенно не хочется с ней никуда ездить больше.Мы договариваемся, во сколько с вещами приедем к дяде Володе завтра перед отлетом, и буквально несколько минут гуляем возле колеса обозрения, которое у нас, оказывается, не сфотографировано. А туман тем временем сгущается, и становится всё холоднее, хотя термометры показывают всего лишь -3 градуса.



Предыдущее: Вена: рынок Naschmarkt - БельведерВернуться к списку путешествийСледующее: Вена: снова Каленберг - флактурмы

© 2007-2019 - Вадим Бояркин, текст; Вадим Бояркин, Юлия Нахимова, фото.